Share

3 Перепутье

Перепутье

Промелькнёт, как беда, ухмылка,

Разведёт навсегда развилка…

Где же нужные слова,

Кто же первый их найдёт?

Я опять прозевал переход.

Владимир Высоцкий

Вифрия оказалась землёй на удивление протяжённой и обширной.

Или это они стали передвигаться слишком медленно?

Во-первых, пути теперь пролегали по абсолютному бездорожью. Во-вторых, с тех пор как они лишились лошадей, надеяться оставалось только на собственные ноги.

Дорог Кайл избегал намеренно (если они, в принципе, здесь были). Пока блуждали по лесам, Насте стало казаться, что в мире никого не осталось, а города, селения и дороги приснились ей когда-то давно и в реальности не существуют.

Если бы не сопровождение «детей неба», пожалуй, бродить им и бродить по этим чащобам бесконечно. А так где-то в недельку уложились…

Несмотря на проявленное лэгиарнами гостеприимство, Кайл заторопил всех в путь, едва его перестало шатать, как пьяного. Если припомнить точно, то это уже на второй день.

За это время, к счастью, никаких личных и межрасовых конфликтов больше не вспыхивало. Чему Настя несказанно радовалась. Потому что ей уже порядком надоело то и дело кого-нибудь спасать и разнимать.

Балиад, как и обещал, выделил гостям для охраны почётный эскорт: бравый отряд суровых воинов, что и провёл их запутанными лесными тропами до самых окраин обитаемых земель.

Но и здесь путники продолжали держаться  в стороне от поселений, трактов и постоялых дворов. Ведь стоит кому-то заподозрить в них южан, и вся миссия по спасению Долины Ветров окажется под угрозой срыва. Потому, несмотря на заверения в лояльности вифрийцев, Северянин предпочитал избегать ненужного риска.

Особенно после того случая, когда они всё-таки столкнулись с местными. Вышло это непреднамеренно. Под вечер ручей, вдоль которого шли, вынырнул к возделанному полю и плетёному тыну. В кустистых зарослях скрывался довольно приличный дом, а дальше – какие-то хозяйственные постройки.

Набрести  в глуши на этот затерянный хуторок оказалось столь неожиданно, что на пару мгновений все растерялись и не успели нырнуть в лес достаточно быстро. 

Откуда-то тотчас вылетел остервенело лающий пёс, весьма грозного вида, а следом за ним – парочка  не менее грозных дивчин. Не лающих, но с вилами наперевес. И, вопреки всем заверениям о дружелюбии здешних поселенцев, гостеприимными эти дамы совсем не выглядели.

Они замерли в боевой стойке, исподлобья взирая на чужаков, покуда их лохматый защитник описывал круги, свирепо щелкая зубами.

– Тише, тише! Мы – не разбойники, славные эрры! – полукровка, оказавшийся впереди, медленно поднял  руки.

– Все так говорят! – хмыкнула женщина постарше, не спуская чёрных глаз с Северянина.

– Ага, – поддержала её другая  – пожалуй, дочь, или младшая сестра. – Ещё ни один не сказал: «Я – лиходей и сволочь, пришёл убивать и грабить!», да только веры вам нет!

– Небесами клянусь, никто вас не тронет! – твёрдо  произнёс Кайл. – Позвольте, мы просто своей дорогой пойдём!

– Заплутали мы… – поддержал его Наир.

Хуторянки переглянулись.

– И куда ж это вы шли, мимо нашего-то дома? –  продолжала хмуриться старшая, пока вторая шикнула  на пса, так и не замолкавшего всё это время.

– Дорогу на Лириволи мы ищем.

– В самом деле – заплутали! – рассмеялась хозяйка. –  Ты меня, милок, совсем за дуру держишь? До ближайшего тракта – день пути, и то – это до Вифрийского  Перепутья. Потому рядом дорога тут либо в Левент, либо в Энлисгорт. А коли надо в Лириволи, так вам три дня  строго на север топать!

Друзья озадаченно переглянулись.

– Благодарим, славная эрра! – почтительно кивнул Северянин. – А теперь дозвольте, мы туда и пойдём, на север… Вы же в спину бить не станете?

Женщины отступили на пару шагов, по-прежнему не выпуская из рук своё оружие, но теперь не столь агрессивно.

–  Храни ваш дом Мать Мира! – попрощался Кайл.

Пёс всё не унимался, захлёбываясь лаем, хоть младшая и схватила его за ошейник. Недружелюбные взгляды сверлили спину.

– Постой! – долетел до них запоздалый окрик.

Все обернулись разом.

– Не дело это! Не звери ж мы! – проворчала северянка, выходя из-за ограды  к ним навстречу. – Ночевать не пустим. Коли герсвальдцы пронюхают – дом пожгут и нас вздёрнут. А накормить… Чем богаты, как говорится!

Смуглая хуторянка улыбнулась приветливо.

Вскоре они оказались за длинным столом, с удовольствием поедая ароматный супчик, вприкуску со свежим хлебом, овощами и молоком.

Настя всё глядела по сторонам, слушала болтовню женщин и удивлялась тому, что поначалу они показались этакими злобными фуриями. Сейчас крестьянки  делились с ними, как со старыми друзьями, и собственной пищей, и кровом,  и своими радостями, и горестями – жаловались на притеснения герсвальдцев, на ленивого мужа, и неурожай грибов в этом году.

Настя смотрела на них  и вспоминала… Эливерта. 

Нет, она, вообще, довольно часто себя ловила на мыслях о нём. И молила Великую Мать, чтобы поскорее послала ему выздоровление.  В конце концов,  она просто скучала. Без всяких там страстей, и прочих глупостей – ей не хватало его присутствия рядом.

Но сейчас она отчего-то пыталась представить, каким был его дом. Дом его детства. Кажется, что-то подобное… У него тоже была мать и сестра. Не такие, как эти эрры, и всё-таки....

Жаль, что ему так и не удалось вернуться в родные края!

Зато это удалось Кайлу.

Настя посмотрела на сидящего напротив полукровку, и в памяти сами собой всплыли слова Эши.

Рыжей так и не удалось поговорить тогда с  Северянином. Всё время кто-то лишний рядом оказывался, а потом как-то забылось. Он не спрашивал. Она тоже не стремилась. Но думать не переставала.

Что же увидела Эши такого ужасного, отчего его надо спасать? Какие опасности таит Побережье?

Вот он сейчас сидит за столом, улыбается любезно, ведёт неторопливо беседу. Разве он похож на того, кого нужно защищать и спасать? Он такой как всегда. Ничего ему не грозит.

Но с тех пор, как Эши открыла ей глаза, Настя научилась различать истину за этими обманчивыми мороками. 

Улыбается. Губы сомкнуты, лишь слегка дрогнули уголки.  Загадочная улыбка…

Так казалось раньше – но теперь Рыжая понимала, что кроется за этим. Сдержанность. И страх. Он боится позволить себе искреннюю  радость. Потому что уверен – за каждый беззаботный миг платить придётся слезами. И он так немногословен, потому что страшится накликать беду своими речами. И он всегда старается держать дистанцию. Не потому, что этого требует воспитание и этикет. Нет, он просто опасается подпускать к себе людей, свято веря, что все они падут жертвами его собственного проклятия.

Настя столько раз смотрела в восхищении в его глаза. Такие синие, словно море, сияющие, будто драгоценные камни. Но только теперь она различила в них  нечто – ледяное, обжигающее, пугающее…  Одиночество.

Глаза воина. Холодные, печальные. В них сияет достоинство, но они переполнены тоской. Это глаза человека, служащего долгу. Кайл выбрал этот удел – воина и изгоя. Он всегда поступает так, как необходимо, не считаясь со своими желаниями. И это правильно и мудро! Он поступает так как должно, в этом смысл его жизни. Это ощущение дарит его душе покой  и силы для новой битвы. Но никогда это слепое следование долгу не принесёт ему счастья! Ибо он никогда в жизни ничего не делал для себя, а смысл бытия всё-таки состоит в том, чтобы обрести это  простое человеческое счастье. И никакое служение великим целям не есть оправдание для отказа от него! Вот потому-то так западает в душу этот взгляд. Такие странные глаза: удивительно красивые, ясные,  но ледяные, как воды северных морей. Глаза воина – это глаза одиночества.

Подумать только, ведь Настя почти не предала значения его словам о проклятии, когда Кайл поведал ей свою историю жизни! А он, выходит, давно поставил на себе крест. Он думает, что злой рок погубит любого, кто будет ему небезразличен. Поэтому он порой ведёт себя, как ледяной истукан. Поэтому он хочет лишь одного – успеть сделать что-то значимое и полезное, прежде чем... Может, так он пытается оправдать себя в глазах судьбы, за гибель тех родных, кого он уже потерял.

Великая Мать, неужели он,  в самом деле, верит в то, что виноват в смерти матери или милорда Ратура? Какая глупость!

Опасная глупость. 

Все умирают рано или поздно. И никто в этом не виноват. Но если думать так, как он, то и свихнуться немудрено…

«Кто бы говорил!  –  мысленно усмехнулась Рыжая. – Совсем недавно ты была готова убить себя, искренне полагая, что это из-за твоих выходок погиб Эливерт».

***

И снова леса, леса, леса. Птичьи трели над головой. Шелест листвы. Сырой туман в низинах. Дожди моросили почти каждый день. Осень раскрашивала окрестности в яркие узоры золота и  багрянца.

По ночам зуб на зуб не попадал от холода.  Позабыв о всяких приличиях, спали теперь все  вместе, рядышком, прижимаясь плотно, словно какие-нибудь цыплята или  щенки, сбившиеся в кучу. Настя частенько  тосковала по тёпленьким и уютным  комнатам постоялых дворов.

Впрочем, надолго в Герсвальде никто задерживаться не собирался, и это радовало. К тому времени, как на Побережье  начнётся настоящая зима, они уже будут ехать по Кирлии с Чашей, либо тихо лежать где-нибудь на погосте. И в том, и в другом случае  – северная стужа перестанет быть проблемой. Настя, разумеется, предпочитала первый вариант, но мысли нередко уводили всё ближе ко второму.

–  Слушай, Кайл, ну а дальше? – не выдержала она в итоге. – Мы не можем скитаться по дебрям вечно. Рано или поздно нам придётся выйти к людям. По крайней мере, чтобы в Лириволи попасть. Ты уже думал об этом? Как мы проникнем в замок королевны? Да и в сам город? У нас такая странная компания подобралась. Как думаешь, сильно понятно, что мы южане?

Кайл улыбнулся чуть заметно.

– Не все. Не все тут  – южане. Если разобраться, так только Наир и Далард. Но ты права, нас трудно не заметить. Я думаю – разделимся. Так хоть кто-то до цели дойдёт.

– Я, например! – отозвался  из-за спины Кристайл, хоть его никто не спрашивал. – И ты со мной дойдёшь, Дэини! Я единственный, кто способен тебя защитить и одолеть любого врага. А остальные только путаются под ногами.  Вот только, чтобы дойти до цели, нужно понимать, где эта цель… Не пора нам  доверять начинать хоть немного?

– Сложно верить тому, кто хотел тебя бросить… – в глазах Северянина искрилось лукавое веселье.

– Но ведь не бросил… – в тон ему ответил Маг Чёрного Кристалла.

– Это ещё что за новости? – изумилась Рыжая.

– А ты на меня даже не нажаловался? – искренне удивился Тот, Чьё Сердце – Камень. – Ну и правильно!  Дэини, зачем тебе это знать? Так, ерунда…

Настя хотела возмутиться и потребовать ей всё объяснить, но не успела.

– Мы на Север идём за Чашей Желаний, – вдруг спокойно объявил Кайл. – За легендарной Чашей Вэйканарифь. Она теперь у Моруварка. Надо её выкрасть.

И Рыжая позабыла, о чём шла речь до этого.

– Ничего себе! – покачал головой Хозяин после долгой-долгой паузы. – Пожалуй, даже убить этого лэдрау проще!

– Одно другому не мешает! – резонно заметил Далард.

Кристайл переглянулся с сестрой и звонко захохотал.

–  Друзья мои, да вы сумасшедшие! Подумать только, а я ведь мог всё это пропустить! Светлые Небеса, благодарю от всего своего каменного сердца! Чистые безумцы! И мы в их числе, Тайлли! Как весело, да?

***

Всё случилось как-то уж слишком внезапно.

Сначала они неожиданно вышли на дорогу. Не просто на тропку, а на обочину хорошего торного тракта.  Огляделись и решили немного пройти по нему. Ух, как же это здорово – идти по нормальной человеческой дороге, а не скакать по кустам, камням, корням, колдобинам и прочим «к…»!

Но полукровка это счастье явно не оценил по достоинству. Настя видела, как он оглядывается тревожно, крутит головой во все стороны.

– Надо обратно в лес вернуться… – в конце концов,  выдал Кайл.

– Чего так?  – недовольно поинтересовался Далард, которому тоже надоело слоняться по лесной чаще.

Северянин неопределённо пожал плечами.

– К чутью лучше прислушиваться! – мудро заметил Наир.

– В лес так в лес! – небрежно кивнул Крис.

– Эй, вы чего там? – окликнула издали Льюна, значительно их обогнавшая. – Идите скорее! Гляньте!

И вместо того, чтобы уйти обратно в заросли, путники поспешили догнать лэфиарни. Нырнули следом за ней под низкую арку кудрявой ракиты, нависавшую над дорогой.

Едва занавес ветвей остался за спиной, взору их предстал разбегающийся лучиками в разные стороны перекрёсток. Не оставалось сомнения, что всеми дорогами пользуются активно. В грязи чётко отпечатались следы обуви и множества лошадиных копыт. Место было открытое. Чуть в стороне, ближе к кромке леса, стоял камень с высеченными на нём надписями и стрелочками. Честное слово, настоящий сказочный камень-указатель! Кто бы мог пройти мимо такого? Льюна уже разглядывала надписи.

К счастью, никаких тебе – «налево пойдёшь…», только название поселений, к которым вели дороги.

– Смотрите, это в столицу дорога, это в обратную сторону, в Левент… – взялась объяснять лэфиарни подоспевшим друзьям. – Это в Кармет.

– А про Лириволи – ни слова! – удручённо заметила Тайлли.

– Вот эта дорога, на север, в Лиджруив! – указал Кайл. – Она нам нужна. Просто нам надо чуть дальше Лиджруива, но направление верное.

Полукровка вздохнул.

– Только, миледи, по этой дороге мы не пойдём! Это опасно. Видите, сколько тут пеших и конных прошло? Это и есть Вифрийское Перепутье. Со всего Герсвальда через этот перекрёсток едут в столицу. Мы здесь далеко не уйдём. Попадёмся рыцарям королевским – сразу в нас врагов распознают.

– По мне, лесом идти куда лучше! – хмыкнула Льюна.

– Мы уже привыкли, – улыбнулась Настя, поддерживая полукровку.

– Тогда уходим с дороги! – поторопил Кайл.

Но они не успели.

Конный отряд появился на одной из дорог мгновенно. Вынырнул из-за кустов, стремительно приближаясь к перекрёстку. Казалось бы, такую орду надо было за десять рильинов услышать. Но нет! Вот не было их, и раз – появились! Видно, из-за поворота выехали. И как-то причудливо это место их укрыло до поры до времени и от глаз, и от ушей.

– В лес! – мгновенно скомандовал Северянин, пригнувшись, бросился  к ближайшим зарослям.  Остальные спешно последовали его примеру.

Тщетно. Здесь, на перепутье, они всё равно,  что в чистом поле.  Сразу в глаза бросились. А их поспешная попытка скрыться лишь подстегнула конников.

Настя услышала, как те что-то азартно закричали. Вслушиваться времени не было. Она сиганула с обочины, не разбирая  куда. Что там разбирать – никаких троп сейчас всё равно не найти! Покатилась кубарем с небольшого склона, вскочила, радуясь, что ничего не сломала.

Все остальные внизу очутились также сумбурно и резво. Не дожидаясь северян, бросились наутёк. Впереди всех летели Льюна и Наир – им хорошо, лесные жители. Остальные пытались следовать  за ними по проложенному пути.

Откуда-то справа  отчётливо долетел топот копыт. Наир резко дёрнулся в сторону, меняя направление. Не у всех получилось повернуть за ним настолько  стремительно. Сбившись с ритма, Настя притормозила  на миг и с ужасом заметила мелькнувшие неподалёку силуэты преследователей.

Погоня не отставала. Пришлось бежать ещё быстрее, хоть  лёгкие уже горели огнём.

Проклятые перекрёстки! Неожиданно все снова выскочили на дорогу. Видимо, уже другую...  

Конники, с хрустом ломая кусты, прокладывали себе путь. Назад поздно!  По другую сторону тракта – ровная заросшая травой прогалина, скрыться невозможно.  Друзья, не раздумывая, метнулись прямо по дороге  –  совсем рядом, на повороте,  густые заросли орешника.

Но добежать до них опять не успели. Из-за буйных порослей появились новые преследователи,  помчались наперерез. Друзья развернулись, чтобы бежать обратно, но из леса на дорогу уже выскочили конники, что гнались за ними.

В кольцо взяли моментально. Кто-то спешился, другие налетели прямо на лошадях, чуть не затоптали, заставляя тесниться. Мужчины выхватили оружие, сомкнулись спина к спине, ощетинившись во все стороны.

Поздно! Чертовски поздно и бесполезно.

Надо было Крису по северянам огнём пальнуть, ещё издали, как только заметили. А теперь даже маг не сможет ничего сотворить. Гнев Огня вместе с герсвальдцами уничтожит  их самих. Настя с опаской посмотрела на Того,  В Чьих Жилах Огонь. Пока он просто сжимал свои клинки. Ладони ещё не светятся. Может,  всё обойдётся…

Их окружили так плотно, что и мышь не проскочит. Но никто не пытался сразу убить – это уже неплохо. Глядишь, договориться удастся! И всё-таки было очень страшно, и какое-то нехорошее предчувствие говорило Насте, что пощады ждать не стоит.

***

Среди всех – пеших и конных – этот молодчик выделялся не только богатыми доспехами и роскошным  плащом, но и выражением лица.  Бросив надменный взгляд на пленников сверху, он только презрительно фыркнул, оглянулся назад. Плотная стена воинов  всколыхнулась, пропуская ещё одного всадника.

– Поглядите,  милорд! Лазутчиков схватили! – доложил молодой щёголь. – Драпанули от нас, едва завидели! Кирлийские собаки!

Вот так вот! Сразу вердикт вынесли. Даже не спросили: кто, куда, откуда…

– Похоже на то! – холодно отозвался другой рыцарь, бросил хмурый взгляд на растрёпанную компанию.

Этот был уже в годах, седовласый, угрюмый, статный и широкоплечий. Он возвышался на полголовы над своим воинством, восседая на богатырском  белом коне в серебряной сбруе. Разодет ещё богаче первого. И надменности хватит на десятерых. Даже Кристайлу до него далеко! С лица его не сходило желчное выражение досады и раздражённой усталости. Тёмный мрачный взгляд  задержался на миг на лице Насти, и по её спине пробежал неприятный холодок.

– Сказывают, милорд Моруварк большой любитель женской красы… – сухо  заметил седой. – Девок с собой заберём! Сразу три наложницы, да ещё лэгиарни! Такое подношение он оценит. Остальных убейте!

Романова ещё не успела осознать до конца смысл его слов, а старый рыцарь уже развернул коня и неторопливо двинулся прочь.

Молодой  его спутник растерялся лишь на миг, потом повелительно поднял руку и взмахнул ей. Этот будничный жест сработал как спусковой крючок. Весь вражеский отряд в одно мгновение надвинулся, взвизгнули алчно мечи, схлестнувшись с оружием Настиных друзей. Никто не хотел умирать без боя.

Испуганно вскрикнула Тайлли.  Её брат оттолкнул ратника, что пытался схватить девчонку. В руках у Кристайла по-прежнему были клинки. Но Настя успела заметить золотое сияние, разгоравшееся на кончиках  его пальцев. Она успела подумать мимолётно, что надо как-то спрятаться всем за его спину, тогда будет шанс уцелеть. Но в общей неразберихе сделать это казалось нереальным. Настя тоже отбивалась клинком, как умела. Но в какой-то миг  в плечи ей вцепились мёртвой хваткой, потащили в сторону, выбили меч. Рыжая затрепыхалась в чужих руках,  извиваясь всем телом. Отчаяние накрыло  душным чёрным покрывалом.

К кому  взывать о помощи, когда тебе грозит опасность? Разумеется, к самому любимому и близкому! К тому, в кого веришь даже в минуту самой тёмной безысходности…

– Кайл! Кайл! – пронзительно заблажила Настя.

Полукровка рванулся вперёд, сметая своих противников, каким-то чудом вырвал Дэини из цепких рук герсвальдцев, вернул в круг, прикрывая собой. Замер, грозный  и страшный, поднял клинок, готовый биться со всем миром разом.

– Стоять! –  громогласный рёв прокатился над головами.

И воины застыли тотчас, будто их опутали неодолимыми чарами.

Конь в серебряной сбруе врезался в толпу, словно  гигантский ледокол. Воины откатывались от него,  как  морские волны.  Седовласый рыцарь подъехал вплотную, с силой натянул поводья, удерживая на месте белую бестию.

Тишина повисла над лесной дорогой, лишь конь храпел негромко. Тишина непонимания. Все ждали…

А старый рыцарь молча смотрел с высоты седла. Смотрел прямо на них. Нет, Настя, прятавшаяся за  плечом Кайла, вдруг поняла, что герсвальдец смотрит не на них. Он смотрел… на Кайла. А полукровка неожиданно опустил меч и шагнул вперёд, расправив плечи и  дерзко вскинув подбородок,  бесстрашно, гордо, с вызовом. Выражение лица старого милорда изменилось.

– Оставьте их! – глухо бросил рыцарь на белом коне, так и не отводя тёмного взгляда от полукровки.   Потом посмотрел на своего молодого  вассала: – Едем! Отпустите всех!

Не глядя  больше на ощетинившихся южан, старый рыцарь развернул коня.

– Но, милорд! – в отчаянии воскликнул юный щёголь ему в спину. –  Разве так можно? Это же враги! Таких убивать на месте надо!  Мы –  воины Побережья! Так нельзя!

– Как смеешь ты мне указывать? – в усталом голосе старшего вдруг лязгнула такая сталь, что юноша испуганно вжал голову в плечи. – Пока ещё я твой  милорд и владетель Солрунга! Когда займёшь моё место, Валиро, тогда будешь решать! А сейчас делай, что велят тебе! И рот закрой! Пререкаться будешь с женой!

– Да, милорд Форсальд! Простите меня! – покорно кивнул молодой.

И Настя почувствовала, как у неё глаза становятся в два раза больше обычного.

– Мы никого не встречали на своём пути в Энлисгорт, никого не видели, – громко добавил предводитель так, чтобы услышали все его воины. – Едем!

И владетель Солрунга неторопливо поехал прочь. Следом за ним безропотно двинулись его ратники. Так ничего и не понявший Валиро развернул свою кобылку, спешно догоняя милорда. 

Седой рыцарь уезжал всё дальше и дальше, пока не скрылся за поворотом. Кайл в молчании смотрел ему вслед, но Форсальд так и не оглянулся.

***

– Что это было такое? – ошарашенно поинтересовалась Льюна.

Первые слова, что  прозвучали в абсолютной тишине, едва из виду скрылся последний всадник. И тотчас загалдели разом.

– Ух, я чуть  не спалил всех нас!  – возбуждённо заявил Кристайл. – Сам не знаю, как сдержался!

– Да, я видела, – поддержала его сестра. – Думала, ну всё!

Все принялись с нервным смехом припоминать подробности. Но Настя не вслушивалась. Она пристально изучала молчавшего Кайла. Полукровка до сих пор притворялся каменной статуей.

– Почему нас отпустили? – искренне удивился Наир.

–  В самом деле!  Почему? – пожала плечами Льюна.

– А я догадываюсь… – Кристайл  обернулся к Северянину. – Показалось мне, милорд Кайл, что Вы с этим почтенным рыцарем как будто бы знакомы? Или я ошибаюсь?

Лицо мага  светилось от любопытства.

– Идём! –  не глядя на него,  велел полукровка.

– Идём, идём! – подхватил Повелитель Тёмных Стихий. – Только ответь сперва, встречались же? Он тебя явно узнал!

– Болтать потом будем!  Когда с дороги уберёмся! – отрезал Северянин. – Хочешь дождаться ещё кого-нибудь?

Полукровка  решительно двинул к лесу. Настя следом. Остальные переглянулись в недоумении. Рыцарь, казалось, не разделял общей радости, и это удивляло.

– Какие мы таинственные! – хмыкнула Льюна.

– Кайл, да скажи ты им! – крикнул Далард вдогонку другу. – Что туману напускать!

И Настя только сейчас поняла, что Первый рыцарь тоже не особо весел.

Кайл остановился на миг, будто в нерешительности,  но, так ничего и не объяснив, пошёл дальше.

– Отец это его, –  негромко  произнёс Далард.

И Настя оглянулась в гневе на Первого рыцаря.

– Вот так дела! – возглас Наира выразил общее изумление.

– Так…– Кристайлл прибавил шагу, стремясь догнать Кайла. – Не понимаю ничего! Слушай, а почему мы тогда ещё здесь, если это твой родитель? Почему нас с собой не позвали? Почему мы не пируем вместе с этими благородными милордами за щедрым столом? Почему не отмечаем эту радостную встречу?

Северянин безмолвно шагал вперёд, игнорируя речи Хозяина.

– Объясни толком, полукровка! Нам всем любопытно.

– Крис! – Настя поймала за руку белоголового мага. – Отвяжись, Крис! Прошу! Или я тебя сейчас ударю.

Она серьёзно посмотрела в светлые глаза Того, Чьё Сердце – Камень.

– Там… у них… Всё сложно!

Кристайл пожал плечами.

– Ладно. Прошу прощения!

***

Пещеру обнаружил Наир. И Настя была готова расцеловать друга за это.

Во-первых, в пещере, даже такой небольшой, теплее, чем просто на улице. Во-вторых, под прикрытием каменных стен рискнули развести небольшой костёр. А это и горячий ужин, а не набившее оскомину вяленое мясо, и возможность не дрожать от холода всю ночь.

Льюна и Кайл обошли по кругу место их стоянки, проверили тщательно – не видно ни костра, ни дыма, можно отдыхать спокойно. Но полукровка всё равно предложил караулить по очереди – всё-таки земли врага.

Сам он заступил в дозор первым. Должно быть, решил, что смятение в душе всё равно спать не позволит. Ещё ужинать не закончили, а он уже покинул пещеру, уселся на плоском камне у входа, оглядывая окрестности.

Насте тоже не спалось. Встала тихонько, бесшумно выбралась наружу. Звёзды сияли на безоблачном небе. Лес дремал, окутанный тишиной. От ночного холода мёрзли уши и нос, и Рыжая с головой куталась в плащ.

– Ты как? – шёпотом спросила Дэини, присаживаясь рядом.

Кайл посмотрел на неё, едва различимый в темноте, пожал плечами.

Помолчали.

– Удивительная штука – жизнь… – наконец негромко произнёс он.

– У нас говорят: мир тесен, – согласно кивнула Настя.

– Не думал, что увижу его снова…

Настя подумала, что хорошо бы обнять его сейчас. Она не забыла простую истину, открытую ею самой: иногда этого достаточно, чтобы помочь человеку. Но смелости снова не хватило. И Рыжая только придвинулась ближе, отдавая ему часть своего тепла. Кайл вздохнул, прислонился плечом к её плечу.

– Ты ему так ничего и не сказал… – тихо шепнула Настя, боясь разрушить эту хрупкую доверительную нежность.

– Как и он мне, – помолчав, ответил Кайл. – Выходит, спустя столько лет, нам всё также нечего сказать друг другу…

Related chapter

Latest chapter

DMCA.com Protection Status