Share

Глава 2

Михаил

Звонок мобильного врывался в сонное сознание надоедливо и долго, пока Михаил не заставил себя проснуться и не нащупал взглядом свой телефон на обшарпанной тумбочке рядом с кроватью.

- Алло, - прохрипел в трубку, едва разлепив спекшиеся губы.

Пить хотелось нестерпимо, и совсем рядом с кроватью, на колченогом столе он разглядел графин с водой, что показался ему в эту минуту манной небесной. Но до него еще предстояло дойти. И сложнее всего было заставить себя встать.

- Миха, ты что творишь! – взревела у уха трубка, и Михаилу пришлось отодвинуть ту подальше, чтобы не лопнула голова.

- Витя, полегче, не ори… - переключил он телефон на громкую связь и положил на стол, до которого все же доковылял по пыльному и холодному полу.

Осталось не расплескать всю воду, которая ну никак не хотела попадать в стакан. Тогда Михаил плюнул и припал прямо к графину.

- Ты почему нарушил режим сопровождения и удрал от ребят? Да еще и пьяный в стельку! Почему отключил мобилу? Нафига вообще поперся в этот поселок?..

Пока Гучков монотонным голосом перечислял все его грехи, удалось-таки утолить жажду. И сразу же закружилась голова, и Михаил поспешил вернуться в кровать.

- Выпили со старым другом и тот взял меня на слабо. Телефон разрядился, - вспомнил, что случилось это еще в вертолете. Как он вообще не потерял тот, когда вываливался в ледяной грязи? – Вить, успокойся. Я жив, здоров… Только, где я?

Он осмотрел комнату, в которой кроме узкой кровати, тумбочки, покосившегося шкафа и такого же стола больше ничего не имелось. Кругом царило какое-то запустение, словно в комнате лет сто никто не обитал. С углов свисала паутина, и окно было покрыто столетней пылью, как и пол, и все остальные поверхности. Разве что постельное белье выглядело вполне чистым и свежим, да вода в графине показалась Михаилу райским нектаром. Хотя, наверное, выпей он сейчас из лужи, вряд ли почувствовал разницу.

Прежде чем ответить, начальник службы безопасности басисто рассмеялся.

- В клоповнике ты, Миха, в общаге вахтовиков. Помнишь, что такое общага?

- Смутно, - ответил, откидываясь на подушку.

Общая кухня с вечно полным и воняющем мусорным ведром. Один туалет на этаж в конце коридора, грязный и пахнущий хлоркой. Рядом душевая со сломанными кранами… Да, оказывается, он это помнил с далеких студенческих времен.

- Извини, но гостиницы в твоем поселке нет, и на постой никто не пускает. Хорошо, ребята хоть про общагу узнали. И ты не ответил на вопрос – зачем туда поперся на ночь глядя и в непогоду? Кстати, ты в курсе, что у вас там штормовое предупреждение на три дня вперед, и вылететь обратно ты сможешь не раньше, чем утихнет шквальный ветер?

- Черт! – выругался Михаил. Вот и расплата за глупость.

Это он попал, конечно, оставалось радоваться, что хоть связь есть. Как-то не учел он, что находится в богом забытом месте, на краю земли. Черт! Как же паршиво… И события прошедшей ночи постепенно всплывали в памяти.

Кажется, его вчера подстрелила какая-то пигалица, на его же объекте. Кстати, что она вообще там делала ночью? А еще пыталась изуродовать дикая кошка. Или не пыталась? Зеркало тут, вообще, есть, в этом отстойнике?!

Зеркала не было, как показал беглый осмотр. И где его одежда? Не в трусах же он сюда пришел. Только вот эту часть ночи уже вспомнить не получилось.

- Вить, пришли мне всю инфу про этот объект, - попросил Михаил и поморщился от нового приступа боли, прострелившего голову. – Особенно интересует…

И он вкратце рассказал о девушке, которая почему-то дежурила вместо ночного сторожа, не вдаваясь в подробности, конечно. Да и подробности начальнику СБ уже и без него доложили.

- Узнай про нее как можно больше, все, что сможешь. Вплоть до того, какое нижнее белье предпочитает. И как можно быстрее.

- К обеду жди досье. А пока, давай, приводи себя в порядок. Постараюсь еще решить вопрос твоей транспортировки в цивилизацию.

После разговора с Гучковым Михаил снова припал к графину с водой, чувствуя, как на этот раз вода растекается живительной влагой по внутренностям и хоть частично возвращает утраченную бодрость. А потом позвонил Светлане – жене брата, предупредить, что на какое-то время задержится по делам, и справиться о состоянии брата. Собственно, там пока никаких перемен не наблюдалось – брат все еще был в коме. Да и врачи сказали, что с неделю точно выводить его из нее не будут. Главное, что состояние было стабильным, и хуже Андрюхе не становилось.

Одежду свою Михаил нашел в шкафу, аккуратно развешенную на плечиках и совершенно непригодную к носке. Вся заляпанная грязью выглядела выглядела та, мягко говоря, не очень. А еще дико хотелось в душ. Полотенце хоть можно раздобыть здесь? Или это тоже из области фантастики, как и приличные условия обитания?

За дверью дежурил один из его охраны, который сразу же вскочил со стула при его появлении и вытянулся по струнке.

- Доброе утро, Михаил Евгеньевич! – отрапортовал тот, и снова Михаил поморщился.

Что ж они все так орут? И можно ли назвать такое утро даже с натяжкой добрым?

- Как зовут? – спросил и чуть не рассмеялся над абсурдностью ситуации.

Перед охранником, одетым с иголочки во все черное, он стоял в одних боксерах, что единственные из одежды были чистыми.

- Геннадий.

- Вот что, Ген, раздобудь мне все необходимое для душа. А еще одежду… И найди место, где можно позавтракать.

- Будет сделано.

Молодец Гучков! Ребят своих вымуштровал отлично. Ни единого лишнего вопроса, исполнительность стопроцентная. Уже через пять минут он стоял под упругими струями воды, смывая с себя остатки похмелья. И душевая оказалась неожиданно чистой, не в пример той же комнате, в которой провел ночь. Еще бы не было так чертовски холодно. На улице опять завывал ветер, и даже в душевой сквозило со всех щелей.

Вернувшись из душа, на кровати Михаил обнаружил всю необходимую одежду. Конечно, от последнего писка моды или хоть какого-то захудалого бренда та была далека, но все новое и ему по размеру. И тут парни сработали на «отлично». Нужно будет распорядиться о поощрении, когда вернутся из поездки.

А теперь надо позаботиться о плотном завтраке и подумать, чем займется в этой деревне, раз уж вынужден тут застрять на какое-то время.

Ника

- Мам, я пришла! – крикнула Ника с порога.

Как же она замерзла! Еле до дому дошла. Никогда еще, кажется, не было такого ветра. Она буквально ложилась на него, и все равно чуть ли не сдувало назад. А еще и Машку приходилось тащить. Нет, в следующий раз отправится без балласта. Хоть Машка и проявила себя, как настоящий герой или тигрица.

Воспоминания о прошедшей ночи никак не шли из головы. Любопытство прогнало страх, и теперь очень интересно было узнать, кто же такой важный забрел вчера в сторожку, и почему он выглядел как бомж?

- Замерзла? – выглянула мама из кухни. – Дуй шементом в душ, грейся!

- Мам, а ты почему не в постели?

- Доча, ну я же не инвалид, и сегодня мне гораздо лучше. Уколы помогают. Я завтрак готовлю, чтобы тебя накормить. Голодная, поди?

- Еще какая! Ладно, я в душ, а потом сделаю тебе укол.

В душе Ника размышляла, что к столь ранним холодам оказалась не подготовленной. А пробыть с мамой ей еще придется недели две, если не больше, пока та полностью не поправится. И пусть у нее не было лишних денег, но придется часть из них потратить на более теплую куртку, желательно на меху, да чтоб попу прикрывала. А то так и самой заболеть не долго.

- Мам, поехали со мной, а? – в очередной раз заговорила Ника на тему переезда. – Ну сколько ты будешь жить тут одна и так далеко от меня?

Укол она ей сделала, радуясь, что те ей помогают, и мама уверенно идет на поправку. Только вот это мысль не оставляла в покое.

- Я не одна. Есть тетя Галя и дядя Митя. Племянники, внучатые племянники… Да у нас родни тут пруд пруди.

- Где тут, мам? Все они в Норильске, а ты черте где. Тут даже дорог нормальных нет!

Да, в Норильске жили мамины брат с сестрой, с семьями. Но виделись они очень редко, когда мама выбиралась в город. Разве что, чуть чаще, чем Ника виделась с ней.

- Не поеду я, доча, никуда. И хватит уже заговаривать на эту тему. Тут твой папка похоронен, и одного его я точно не оставлю.

Эх… Папка. Он умер, когда Нике было двенадцать лет, но до сих пор она помнила его запах и тепло рук. А еще его смех и то, как он умел шутит. Помнит, как тяжело маме было после его смерти, и наверное, только то, что она была у нее на руках маленькая, помогло ей выжить, не сломаться. И маму она понимала – пусть и не чаще двух раз в год, но та бывала на могиле папы. А если уедет в Москву, то постепенно о нем все забудут.

- Лучше расскажи, как прошло дежурство? – улыбнулась мама, подкладывая ей оладий.

- Ой, да умора просто!..

И Ника рассказала. По мере ее рассказа лицо мамы вытягивалось все сильнее.

- Ты с ума сошла! – вскричала она. – Ты зачем его впустила?! По инструкции, в случае чего подозрительного нужно вызывать охрану по сигнальной кнопке. А ты еще и палила в него! – всплеснула мама руками. – А если бы он тебя обидел?

- Но не обидел же. Да и со мной была Машка, - угрюмо отозвалась Ника.

Про сигнальную кнопку она даже не вспомнила и сейчас подумала, что случиться могло все что угодно. Слава Богу пронесло.

Несмотря на сонливость, Ника решила прогуляться да местного универмага – единственного промтоварного магазина в поселке, куда два раза в неделю поставляли товар из Норильска. Раз решила купить куртку, не стоит с этим делом затягивать. Вряд ли в последующие дни станет теплее.

А на улице творилось светопреставление какое-то. Ветер не то что не утих, а еще и усилился. И дул он порывами, во время которых в буквальном смысле слова нужно было за что-то держаться, чтобы не снесло. И какой же он ледяной. Если так и дальше пойдет, то к вечеру еще и снег пойдет – температура заметно упала.

Конечно, после столичных магазинов выбрать в местном универмаге было практически не из чего. Подходящих курток висело на вешалках всего пару штук. Но зато нашелся размер Ники и парка, как она хотела. Ну а то, что цвет желтовато-болотный, переживет, не на подиуме дефилировать.

В магазине и переоделась. А на выходе ее остановил амбал, подозрительно похожий на тех двух, что заявились ночью за бомжом. Но этот был не из тех.

- Вероника Юрьевна, пройдите, пожалуйста со мной.

И под локоток ее взял, да так вежливо.

- Еще чего! – освободилась она от захвата и отступила на шаг. – Кто вы такой? И почему я должна с вами куда-то идти? И откуда вы знаете мое имя?

- Кто я, не имеет никакого значения. А с вами хочет переговорить один очень важный человек. И он ждет вас в машине, - кивнул на стеклянную дверь.

Ну точно – этот тоже из вчерашних братков. У магазина стоял тот самый внедорожник, что разбрызгивал не так давно грязь возле сторожки, и куда погрузили пьяного бомжа. Но при чем тут она?

- Послушайте, он жив и практически не пострадал. Произошло недоразумение, на него напала моя кошка. А она терпеть не может пьяных и агрессивных…

- Вероника Юрьевна, мы теряем время. Поверьте, вам ничего не грозит. Хозяин хочет просто поговорить.

- Да о чем мне с ним разговаривать?! – вспылила Ника и невольно повысила голос, хоть и не собиралась привлекать к себе внимание.

Городок маленький, здесь все друг друга знают. А сплетни маме точно ни к чему.

- Это он вам сам скажет, - все так же безэмоционально произнес амбал и снова протянул руку.

- Не трогайте меня! – дернулась Ника. – Сама пойду.

Видно, придется подчиниться, чтобы не скандалить на глазах немногочисленных посетителей магазина и продавцов.

Михаил

Внедорожник притормозил перед единственным баром-столовой в поселке под незамысловатым названием «Уют». На улице творилось что-то невообразимое – дул какой-то сумасшедший ветер, не только срывая последние листья с деревьев, но и ломая мелкие ветки. Сами же деревья опасно кренились под сильными порывами. Если так и дальше пойдет, то скоро ветер начнет и их с корнями выкорчевывать.

Редкие прохожие передвигались перебежками, прячась от порывов ветра, кто где мог и успевал.

- Дурдом какой-то, - пробормотал Михаил.

В Норильске он был не в первый раз, но на такой катаклизм еще не попадал. От серости, что висела в воздухе, и остаточного похмельного синдрома настроение было, мягко говоря, не очень. Черт дернул его прилететь сюда. Теперь вот расхлебывает – застрял тут на три дня, как минимум, пока не изменится погода. Гидрометцентр подтвердил прогноз Гучкова. Оставалось надеяться, что через три дня он сможет улететь, и погода не испортится еще сильнее.

Охранник, что выполнял роль водителя, повернулся к сидящему рядом с ним и скомандовал:

- Зачистить помещение!

А потом характерно посмотрел на того, что сидел рядом с Михаилом, и кого звали Геннадием. Гучков настоял, чтобы сопровождали его трое. И переспорить начальника службы безопасности у Михаила так и не получилось. Как будто Норильск – горячая боевая точка, честное слово.

- Стоп! – вовремя спохватился Михаил, когда бойцы синхронно взялись за ручки дверей. – Что вы собираетесь делать? – обратился к тому, кто тут был главным.

- Освободить помещение столовой, Михаил Евгеньевич. Так положено по инструкции…

- Какая еще инструкция? – он голову отвинтит Гучкову, точно! – Тебя как зовут? – обратился к водителю.

- Артем.

- Так вот, Артем, мы не на войне и там, - кивнул на довольно симпатичное застекленное здание, - сидят не боевики. Там завтракают обыкновенные работяги, которые скоро заступят на смену. Это рабочий нефтяной поселок, а не место ведения боя.

- Но у меня инструкция…

- Ты меня не слышишь, Артем?! – повысил голос Михаил, хоть до этого и говорил спокойно. – Я – твоя инструкция на ближайшие несколько дней. И мы идем завтракать.

Он первый вышел из машины под ледяной ветер, но сразу же оказался в кольце охраны. Поморщился, но ничего говорить не стал. Об этом он поговорит с Гучковым, потом. Да и ребята эти были толковые, обученные, разве что, слишком рьяные, на его взгляд.

Столовая встретила полумраком, да и народу тут было не много в эти утренние часы. Занятыми оказались всего пара столиков, и Михаил распорядился:

- Займите с ребятами вон тот столик, - указал в правый конец зала. – А я сяду за этот, - ткнул в тот, что находился ближе всего к ним, слева. – Мне нужно поработать. И возьми мне то же, что себе, - велел Артему, по раздаточной стойке догадавшись, что официантами тут и не пахнет.

Еще в машине он увидел входящее сообщение от Виктора. Должно быть, тот выполнил его просьбу и собрал информацию на девчонку. Михаил еще и сам не понял, зачем ему это нужно. Но та, что ночью его сначала едва не изуродовала, а потом сама же и лечила, не шла из головы. Хотелось узнать про нее побольше. Конечно, никакой вендетты он не замыслил, скорее информацию затребовал от скуки. Ну надо же хоть чем-то тут заниматься, не торчать же целыми днями в «клоповнике», как выразился Гучков, и с чем Михаил был совершенно согласен.

Пюре с котлетой, салат из свежей капусты, хлеб и компот – давненько он не ел ничего столь незамысловатого. Даже смешно стало, а мысленно словно вернулся в студенческие времена, когда они с Гучковым жили и отрывались в почти таком же, как тут, клоповнике, а питались такими вот котлетами в студенческой столовке. И от воспоминаний странным образом потеплело на душе. Не потому ли, что всплыли те из времен, которые можно было назвать беспечными и бесшабашными?

Ладно, излишнюю сентиментальность Михаил уже давно не подпускал к себе. И сейчас не собирался изменять собственным же правилам. Открыв почту от начальника службы безопасности, он принялся читать довольно краткую сводку о вчерашней незнакомке.

Багрянцева Вероника Юрьевна, двадцать семь лет. Родилась в Норильске, где и закончила школу. Отец умер давно. Есть только мать. А вот это вот уже интересно! – Михаил вчитался внимательнее в досье. Оказывается, это ее мать работает у него на объекте ночным сторожем. Что же тогда дочка делала в сторожке режимного объекта?

Ладно, читает дальше, думать будет потом…

После школы уехала поступать в Москву. Выучилась на ботаника. Вот тут Михаил не выдержал и рассмеялся, привлекая к себе внимание не только собственной охраны, но и немногочисленных посетителей кафе. Ну кто бы сомневался! Она же вылитый ботаник, только очков не хватает. Мог бы и раньше догадаться.

Хорошо, что там дальше?

Эта Вероника хоть и выучилась на ботаника, но посвящать свою дальнейшую жизнь науке отказалась. Прошла углубленные курсы флористики и сейчас работает как фрилансер. То бишь, строит собственный бизнес в соцсетях. Клиентская база довольно внушительная. Сотрудничает с несколькими цветочными базами столицы…

О чем это говорит? Да о том, что девушка не любит подчиняться кому бы то ни было. Интересная, хоть и не редкая, особенность характера. И в ее наличии Михаил уже тоже убедился на собственном опыте, достаточно было хоть и смутно, но вспомнить события минувшей ночи.

Дальше шли отзывы клиентов. Тут ничего интересного.

Михаил закрыл почту и задумался. При этом машинально поедал пюре с котлетой, которые, надо отдать должное повару, оказались довольно вкусными. Как и салат, где было в меру соли и уксуса, все как он любил.

Флорист, значит, фрилансер. Звезд с неба не хватает, но и на жизнь себе зарабатывает достаточно, чтобы не испытывать нужду. Мать живет далеко, и навещает Вероника, должно быть, ее не часто. Опять же, работа ее удобная с точки зрения непривязанности к строгому графику отпусков.

А что же с личной жизнью? Михаил набрал номер Гучкова.

- Вить, информация не полная.

- Знаю. Выясняю, чем она живет. На это нужно чуть больше времени. Не хочешь сказать, зачем тебе это нужно?

- Сам пока не знаю, но выясни, пожалуйста.

- Через пару часов пришлю…

Вот и отлично! Сам же он пока побеседует с девушкой. Коль уж ему предстоит торчать тут какое-то время, то лучше он будет делать это в приятной компании. И компания Вероники с каждой минутой все больше казалась ему именно такой. Он и сам не понимал, чем так сильно она его зацепила, но хотелось узнать ее поближе. А еще рассмотреть как следует, потому что воспоминания о ее внешности тоже были какими-то расплывчатыми. Помнит только, что волосы у нее светло-русые с рыжинкой. И глаза показались ему огромными. А вот какого они цвета, не помнит.

Ника

За широкой спиной амбала хоть ветер не так сдувал, и это был единственный плюс в сложившейся ситуации. Того, кто сидел в тонированном джипе, она не видела. Встречи с ним не желала всеми фибрами души. А еще немного боялась, сама не знает чего.

Амбал распахнул заднюю дверцу, и тут же поступил приказ:

- Погуляйте по магазину, ребята. Может, что прикупите себе.

Последняя фраза сочилась сарказмом, а голос говорившего Ника сразу узнала. Ночной гость собственной персоной. Оставалось надеяться, что он уже протрезвел.

Как только раздался приказ, так сразу же распахнулись две передние дверцы, и в двух появившихся амбалах Ника узнала вчерашних братков. Тяжкий вздох вырвался из груди, и сбежать захотелось еще сильнее. Она еще и останется наедине с пришельцем. Ну вот зачем ей это нужно? И могла ли она не подчиниться? Не могла, как выяснилось сразу же, когда ее сопровождающий взял под локоток и помог усесться в машину.

Салон автомобиля встретил полумраком, теплом и приятной смесью запахов кожи и ароматизатора.

Мало того, что глаза надуло ветром, так еще и темнота салона сделала ее на время слепой. И только Ника начала адаптироваться в попытке рассмотреть того, кто сидел рядом, как что-то щелкнуло, и салон залил яркий свет.

- Зачем? – простонала она, прикрывая глаза рукой.

- Чтобы рассмотреть вас как следует, - раздался рядом насмешливый голос, а потом мужчина и придвинулся к ней ближе.

Это Ника почувствовала по едва уловимому теплу, коснувшемуся лица.

Она рискнула убрать руку от лица и приоткрыть глаза. Свет уже не казался таким ярким, а уютно заливал салон машины и нежно оттенял его начинку. Ну и конечно же, того, кто сидел слишком близко. Так близко, что Ника вынуждена была отодвинуться. Однако, попытка оказалась почти бесполезной, а расстояние между ними практически не увеличилось. В спину ей и так уже упиралась ручка двери.

- Вот, значит, вы какая – Багрянцева Вероника Юрьевна, - произнес мужчина и к ее облегчению сам немного отодвинулся, откидываясь на спинку сидения.

А вот руку свою он, напротив, закинул на ту, и теперь она касалась плеча Ники, что нервировало.

- Не могли бы вы меня не трогать, - дернула она плечом. – И откуда вы знаете мое имя? Кажется, ночью я вам не представилась, как и вы мне. И главный вопрос – о чем вы хотели поговорить? У меня не так много времени.

Тут она, конечно, лукавила, потому что заняться в поселке было нечем, а сколько можно хлопотать по дому? Разве что, ей очень хотелось спать после дежурства, прямо глаза слипались.

- Сколько сразу слов, - усмехнулся он и нажал на какую-то кнопочку на своей двери. – Это чтобы вы не сбежали.

- Я и не собираюсь. Вы же не дурак, чтобы похищать меня, - настала ее очередь усмехаться.

Плевать ей было, кто он такой и сколько у него денег. В том, что много, Ника даже не сомневалась. Вчера, в сторожку, угораздило забрести одного из представителей той прослойки общества, к которой она не испытывала уважения. Все они считают, что богатство делает их выше остальных людей и позволяет творить то, что другим неподвластно. Она же на этот счет была совершенно иного мнения.

- Как насчет того, чтобы помочь друг другу? – проигнорировал он все ее вопросы и задал свой.

- В чем именно? И мне ваша помощь не нужна.

- Еще как нужна, - кивнул он, а его чувственные губы снова растянула ухмылка.

Сегодня он выглядел несколько иначе, нежели ночью. От неряшливости не осталось и следа. Несмотря на простенький джемперок и обычные голубые джинсы, в этом мужчине угадывался лоск. Каждое движение дышало уверенностью, а в синих глазах сквозила властность, даже когда он усмехался. Он привык приказывать и от всех ждал подчинения. Но она не обязана этого делать, потому что для нее он не больше чем случайный знакомый.

- О чем вы? – гордо выпрямила спину, чтобы глаза стали на одном уровне с его. Смотреть на него снизу вверх было унизительно.

- Я прощу вам самовольное вторжение на режимный объект. Вы за это проведете со мной все то время, что я буду находиться в поселке.

Ника аж задохнулась, то ли от неожиданности его предложения, то ли от возмущения. Какое-то время пыталась справиться с дыханием и подобрать слова. Он же все это время молча разглядывал ее, и взгляд его не выражал ничего, кроме холодного любопытства.

- А могу я поинтересоваться, кто вы такой, чтобы что-то мне прощать? – взглянула Ника на него в упор, чувствуя, как от возмущения кровь пульсирует где-то в районе ушей, а щеки уже нешуточно пылают.

- Казанцев Михаил, вам это о чем-то говорит?

- Совершенно ни о чем.

И тут она лукавила, потому что эти имя и фамилию где-то точно слышала или видела. Только вот где, не помнила. Но, должно быть, личность он известная и не в узких кругах.

- Ну тогда, гугл вам в помощь, - усмехнулся он. – Не привык к самопрезентациям, знаете ли. А сейчас советую вам поверить мне на слово, что все, что я сказал до этого, не пустые угрозы.

- Моя мама больна, и найти ей замену в поселке практически невозможно. Я специально приехала из Москвы, чтобы поддержать ее…

Ника не пыталась оправдаться, а лишь хотела достучаться до разума этого избалованного жизнью мужчины. Она не боялась его угроз, но те были ей неприятны. И очень не хотелось, чтобы из-за этого у мамы были потом проблемы. Ведь если он может и захочет испортить им жизнь, у него наверняка это получится.

- Ваша мама получит самый хороший уход на время вашего отсутствия. На работе ей тоже найдется замена, уж поверьте. Как и в то, что мне вы сейчас нужнее, - без тени улыбки кивнул он.

- Да о чем вы говорите?! – невольно повысила Ника голос. – Что значит, я вам нужна? И что конкретно вы мне предлагаете?

- Я вам предлагаю стать моей собственностью на несколько дней за очень приличное вознаграждение. Не спешите отказываться! – остановил он готовую возражать Нику. – Даю вам три часа на обдумывание. Взвесьте все как следует и примите правильное решение.

- Вам скучно, и вы решили купить себе игрушку? – тихо спросила Ника после непродолжительной паузы, в течение которой уговаривала себя не нервничать.

Раскричись она сейчас, распсихуйся, ни к чему хорошему это не приведет. Да и не умела она так – брать нахрапом. Жизнь приучила ее прежде думать, а уж потом принимать решения. Наверное, потому и согласилась взять предложенный таймаут. А еще потому, что что-то ей подсказывало – такие, как этот богач, своих решений не меняют.

- Если вам хочется думать именно так, то думайте, - улыбнулся он.

- А я могу думать иначе?

- Наверное, не можете, - настало его время брать паузу на обдумывание. – Как бы там ни было, от вашего решения сейчас зависит многое.

- И вам не стыдно прибегать к шантажу на ровном месте? Я ведь вам не сделала ровным счетом ничего.

- Не считая того, что вчера я едва не замерз по вашей милости. Потом вы в меня стреляли, а ваша кошка и вовсе пыталась меня убить. Как мне кажется, ваше «ровным счетом ничего» тянет на приличный тюремный срок.

- Вы же это сейчас говорите не серьезно?

Нет, ну правда – не может же он всерьез предъявлять ей эти претензии.

- Вполне серьезно. У меня есть рычаги давления на вас, которыми я собираюсь воспользоваться. В ваших же интересах принять мое предложение, которое, к тому же, принесет вам ощутимую выгоду.

На последних словах он приспустил окно и сделал знак охране, дежурившей у стеклянной двери магазина. Ветер ворвался в салон внедорожника. Остужая пылающие щеки Ники.

- Выпустите меня. Мне нужно домой, - проговорила она, глядя на приближающуюся охрану.

- Сидите. Я довезу вас. Не хочу, чтобы ветер испортил инвестиции, в которые я уже начал вкладываться.

- Вы всегда такой циничный? – повернулась и посмотрела на него Ника.

Он предпочел не отвечать, да и амбалы уже заняли свои места в джипе. Ника вынуждена была придвинуться к Казанцеву, чтобы дать место самому крупному из них, что занял половину заднего сидения.

- Не бойтесь, я не кусаюсь, - склонился мужчина к ее лицу и прошептал на ухо. А потом добавил: - Пока, - и снова лукаво улыбнулся.

Related chapters

Latest chapter

DMCA.com Protection Status