Share

ГЛАВА 3

POV Кенна

В сопровождении нового отряда стражи мы пробрались в самые глубины особняка. Я не могла определить размеры помещения изнутри, поэтому не знала, уместно ли здесь будет слово «замок». Сколько членов в этой дурацкой секте, и от куда у них деньги на такую роскошь? В моей стране царят голод и разруха, пока англичане спокойно спят на шелковых подушках.

Через несколько минут скитания по коридорам я оказалась в новом для себя зале. Я бы назвала это гостевой комнатой – несмотря на стены, украшенные старинными картинами, здесь царила полностью другая атмосфера, в отличие от других частей дома.

Кожаный диван, мягкие подушки, журнальный столик со стопкой неизвестных мне книг и журналов. Из колонок, стоявших рядом с огромным плазменным телевизором, доносилась негромкая музыка.

Здесь я чувствовала себя спокойней – сразу ощущала себя в цивилизации и современном мире, хотя, эта иллюзия была обманчивой.

Потому что я знала, что там, в подземельях, скрывают десятки женщин и девушек, которые были ни в чем не повинны. И только небо знает, что, черт возьми, со всеми нами хотят здесь сделать.

Я проглотила комок из страха застрявший в горле. Жертвоприношения? Пытки? Продать в рабство? Что?!

Мой взгляд сразу врезался в его затылок, как только я вошла в комнату.

- Ваше Высочество, – окликнул Джейс, приказывая охране остаться за дверью, – я привел к вам пленницу.

Брэндан встал, медленно разворачиваясь ко мне лицом.

В другой одежде он выглядел иначе, но не менее угрожающе. Весь в черном – от брюк и ремня до сатиновой приталенной рубашки, которая подчеркивала каждый мускул крепкого поджарого мужского тела. Мои зубы заскользили по собственным губам, пока я пыталась привести нервы в порядок.

Брэндан все еще не смотрел на меня, он только встал у дивана в расслабленную позу, облокотившись на него одной рукой.

Несмотря на это, всем своим видом - широтой прямых плеч, осанкой и надменным взглядом - он будто бы подтверждал свое звание, которым его все здесь окрестили.

У него бы неплохо получилось играть короля, будь он актером…

Гаспар с его красотой не вызывал во мне и половины эмоций, которые появлялись во мне при виде этого… Молодого человека.

Страх. Смятение. Желание убежать. Но и желание узнать. Узнать ответы на все свои вопросы и его тайну.

Я сразу поняла, что здесь произошла серьезная трагедия. По пути сюда я замечала разрушенные колонны, над которыми трудились рабочие. Многочисленные портреты одних их тех же людей с пустыми взглядами. Все здесь было какое-то неуютное, темное и, если описывать одним словом, будто…

Проклятое.

- Хорошо. Я сам проверю ее. После кинешь ее обратно.

- Не теряйте надежду. – Джейсон кивнул ему, словно мне предназначался уникальный шанс стать его надеждой.

- А теперь, vade. Vade, Джейс. – Я нахмурилась, желая вмазать ему по пафосной роже. Сколько языков он знает, если с поданными говорит на двух, а со мной на моем родном?!

Когда Джейсон покинул комнату, освободив мои руки, мне стало не по себе. Радовало только то, что с момента нашей встречи я помылась и была прилично одета.

Вряд ли штору вокруг талии можно назвать хорошим одеянием, но, по крайней мере, мои бедра не были распутно обнажены.

А потом вновь пришла гнетущая тишина без взглядов. Брэндан как будто избегал меня, а может, задумался, рисуя в голове новую жестокую картинку расправы над невинной девушкой.

Я снова не смогла хранить молчание.

- Я требую ответов. Почему я попала к тебе в дом? Что это за место? Я… Обычная девушка. Родилась на ферме и…

- Ложь. – Его голос прервал мою речь, как удар клинка. – Ты не родилась на ферме.

Одной рукой Брэндан обхватил свою печатку на мизинце правой руки. Он постоянно крутил ее между пальцами и смотрел на герб, изображенный на кольце.

- Я… Да, не родилась там. Но я самая простая девушка. Если вам что-то нужно – у меня этого нет. Если вы продаете девушек… - Я набрала в легкие воздуха и попросила: - Лучше дайте мне пистолет.

Он поднял на меня свои льдистые глаза, наконец, и я окаменела от страха, сковавшего мой рассудок. Такого тяжелого взгляда я прежде не видела. Взгляда, наполненного грехом, жестокостью и страданиями. Мужчина смотрел на меня не отрываясь, да так, будто видел меня насквозь. Словно ему в миг открылись карта с подробным описанием моей жизни и картинка моих сжавшихся от холода внутренностей.

Хуже стало, когда его взгляд с недоумением и издевкой заскользил по красному бархату, в который я была завернута. Пробежавшись глазами по нему, словно не обнаружив ничего интересного, он уже дольше оглядывал мои оставшиеся голыми плечи и, наконец, поднялся к лицу.

Только бы щеки не стали цвета этой дурацкой шторы.

- Как тебя зовут? – Хрипловатый голос и акцент, с которым он говорил, были очаровательны. Этот парень бы разбивал десятки девичьих сердец, если бы не был ублюдком, психом и садистом.

- Ты у всех своих пленниц спрашиваешь имена?

- Имя. Назови, – грубо выдавил он, глядя на меня непрерывно.

- Ария, – на секунду замешкавшись, отозвалась я.

Брэндан резко выдохнул и повернул голову направо, разминая шею. Два быстрых шага, и он оказался рядом со мной, отчеканив жестче:

- Опять ложь. Мне позвать Гилберта? Я знаю, что будет для тебя хуже плена и смерти. Хорошо, что я не отрубил ему то, что может послужить тебе казнью.

Внутри меня слезы посыпались градом, но я сделала все, чтобы сдержать их и сохранить лицо. Не вышло. Предательски посиневшие губы дрожали. В комнате воцарилась вечная мерзлота.

- Мое имя не имеет значения.

Я гордилась собой. Я была очень смелой. Я приготовилась к тому, что Брэндан по щелчку пальцев исполнит свое обещание в жизнь.

- Ты… Чужая. Но другая. Sordida puella. – Он поморщил нос, словно от меня все еще исходил неприятный запах.

- Вы – сумасшедший садист. – Я хотела его оскорбить, но молодого человека это только рассмешило, хоть и смех этот нес в себе больше угрозы, чем радости.

- Сейчас? Уже нет, – небрежно ответил он, словно не протыкал в моем присутствии человека шпагой длинною в половину моего роста. – Как бы я не хотел к тебе прикасаться, мне придется самому это сделать.

Сделать… Что?

Ответа не пришлось ждать долго – Брэндан схватил меня за и без того раскрасневшиеся запястья и потянул за собой на диван, который стоял позади нас. Беспорядочно кинув меня на подушки, он вдруг схватил мои ноги за лодыжки, заставляя меня потерять собственный разум.

Я не чувствовала испуга. Я чувствовала себя так, будто ниже пояса мое тело онемело от многочисленных мурашек, побежавших по коже ног…

Его хватка была стальной, а взгляд безумным. Одним им он пригвоздил мою спину к спинке дивана так, что я не могла пошевелиться.

Его ладони заскользили по моей голени, быстро и неистово подбираясь к внутренней стороне моих бедер. В два счета он закатал красную ткань до пояса, оставив руки у меня между ног.

Он раздвинул их, заставив меня затрястись от негодования и от… Непонимания. От жара, сковавшего тело.

Выругавшись, Брэндан нахмурился сильнее и, с легкостью повернув меня на бок, обжег взглядом кожу на моих ягодицах. Мысленно я радовалась тому, что умудрилась сохранить белье.

Если в теле, переполненном чувствами, еще существовал мой рассудок.

- Quod erat demonstrandum (лат. «Что и требовалось доказать»). – В последний раз проведя ладонью по мое коже, он отпустил меня, резко соединив мои ноги. Он отошел на два шага назад и схватил себя за волосы.

Тут же одумавшись, он пришел в себя и опустил руки, вновь нацепив безразличную маску.

Но я знала: он злится.

Он просто в гневе.

Моя кожа была опалена - она горела от его прикосновений. То, что он трогал меня без позволения, было дикостью.

Но Брэндан, кажется, совершенно не придал значения ни мне, ни моему телу, в то время как я отчетливо чувствовала каплю пота, стекавшую по позвоночнику. Она дразнила меня, заставляя содрогнуться от недавнего воспоминания.

Страх завладел мной.

- Ты – еще одна ошибка. И еще смела качать свои права! – В два счета он со всей дури налетел на журнальный столик и перевернул его одним махом. Стекло разлетелось на куски у моих ног, на что он только злорадно улыбнулся.

В который раз за сегодняшний день я видела кровь. На этот раз свою собственную. Осколок врезался мне в лодыжку, но я почти не чувствовала причиненной боли из-за сильно испуга.

Я никогда не видела таких одержимых. Больных. Он походил на неконтролируемого Беса. Брэндан расстегнул пуговицу на шее, делая глубокий вдох.

- В то время как ты не должна даже своего грязного рта раскрывать! – заявил он, пугая меня все больше и больше.

- Грязный рот здесь только у вас, – выпалила я, не обдумав сказанное. – Ваше Высочество.

Последней фразой я хотела сгладить свои слова, но они прозвучали с такой издевкой, что я сделала только хуже.

Я буквально приставила к своему виску пистолет, а к груди кинжал. И все это - одним словом.

- Что ты сказала? – Черт бы побрал этого сумасшедшего, но он подбежал ко мне, ступая прямо на битое стекло. И ни один мускул от боли не дрогнул на его лице. Вены на его лбу вздулись до предела, а скульптурное лицо исказилось гримасой злости, но лишь на мгновение.

Уже в следующую секунду - лишь холод и пустота в его взгляде.

Руки Брэндана на моей талии, которые сжали ее с адовой силой.

- Я могу убить тебя. Раздавить. Ты не понимаешь, с какой легкостью и удовольствием мне это удастся. Я сделаю это, не напрягаясь.

Он приподнял меня над полом, заставив повиснуть в воздухе.

- И ты не представляешь, насколько ты этого заслуживаешь.

Что я, черт возьми, ему сделала?

- Вы самый несчастный человек, которого я когда-либо видела, – выдавила из себя я, подписав себе приговор на казнь. – И самый отвратительный.

- Поверь, грязная девка, ты гораздо хуже меня. – Он произнес это с такой ненавистью и таким тоном, что я действительно почувствовала в этом какой-то смысл. – Но даже если это и не так, то своими словами ты сделала мне невероятный комплимент.

Его руки сильнее сжали мою талию, как в тугой корсет. Моя грудь раздулась от переизбытка воздуха, ткань начала не кстати сползать с ключиц и груди прямо перед взором этого Дьявола.

Нет, если он увидит хоть частичку моего тела, я этого точно не вынесу.

Моя нога резко согнулась в колене, и я со всей дури ударила его в солнечное сплетение. Мои приемные братья часто дрались между собой, и я видела, как один из них прибегает к этому приему, когда уже падает или сдается.

Брэндан дернулся, но на его лице не отразилось ни грамма боли. Удивительно. То ли у него стальная выдержка, то ли он действительно не человек, то ли крепкий пресс, в который я уперлась своим коленом, защитил его от моего незатейливого удара.

- Vae (лат. «Бл*дь, Черт»)! – сквозь зубы выдал он, еще больше пугая меня своей силой.

Глаза Брэндана потемнели, будто в них назревал настоящий десятибалльный шторм. Сердцем я чувствовала, что с ним что-то не так. Это был не просто взгляд безумца или, как я подумала, «Главаря секты».

Это был взгляд человека, на руках которого редела кровь.

Взгляд человека, который прошел через настоящий Ад, а потом посмел выбраться из него живым.

И еще этот взгляд излучал мощь, к которой я не прикасалась прежде. Черные зрачки, постоянно меняющие свой размер, и темно-синяя радужка гипнотизировали, манили, то окрыляя, то заставляя трястись от ужаса.

- Ты совсем страх потеряла? – Похоже, мне все-таки удалось удивить безэмоционального господина. – Ты действительно не знаешь кто я? Даже не догадываешься?

Последние слова прозвучали с усмешкой – будто не знать о нем невозможно. Я ненавидела, когда со мной разговаривают как с недалеким ребенком. Да, я выросла в глуши и не получила достойного образования, но это не значит, что не понимала жизни и людей, чувства которых с легкостью угадывала. Почти всех.

- Я знаю, что вы управляете этой сектой, – пыхтя пробормотала я, устав от его взгляда. Я прикрыла свои веки, понимая, что он, словно вампир, высасывает из меня всю душу взглядом. – Коллекционируете пленниц. Может, по своей прихоти; может, для продажи; может, еще для каких-то извращенных целей. Знаете, я не удивлена. Ни одна нормальная девушка не останется в вашем замке добровольно. Ни одна женщина не захочет провести даже ночь под одной крышей с вами… - Я просто шевелила губами, радуясь, что не вижу его реакции на свои слова.

Так спокойно. Хотя его руки держали меня все крепче и крепче, но я терпела – в конце концов, талия - это не шея, и я еще могла спокойно дышать.

- Сектой? Мало того, что ты слишком дерзкая, так ты еще и глупа. Смотри мне… В глаза.

Он встряхнул меня, как безвольную куклу.

Я ослушалась.

- В глаза мне смотри, Sordida puella.

Распахнув веки, я снова пропала в омуте его синих глаз. Может, они были ненастоящими. Может, технологии дошли до того, что в мире придумали линзы, которые способны управлять чужим разумом, а я не знаю.

- Ты ошибаешься, – пренебрежительно подметил он, и я не поверила своим ушам. Что он хочет этим сказать? Неужели Его Высочество оправдывается? Да еще и перед кем. Перед грязной девкой, как он говорит. Почему именно ко мне он так настойчиво пристал? Ведь я слышала, что прежде ни одна из пленниц не покидала стен темницы. – Но, очевидно, ты не одна из этих женщин. Что-то или кто-то в твоем прошлом научил тебя прятать свой страх.

Он поморщил нос, будто бы принюхивался ко мне.

- А я его чувствую. В каждом твоем робком вдохе. – На секунду мне показалось, что в его голосе сокрыта какая-то боль и нежность, которая приоткрыла для меня завесу человека, которым он был в прошлом.

Ведь он не мог с рождения быть жестоким головорезом, душегубом и убийцей.

Если он только не действительно сын Дьявола, но я никогда не верила в сверхъестественное.

- Я не боюсь вас. Если хотите убить меня – сделайте это прямо сейчас, и дело с концом. Я не хочу в темницу – это ниже моего достоинства. И я не позволю рукам всяких уродов прикасаться ко мне.

Конечно, я боялась говорить эти слова. Я знала, что он способен на это, но понимала, что, если буду выказывать свой страх и умолять о пощаде и свободе, ничего не изменится. Пленницы проделывали это много раз, и что? Где они? Погибают в темнице, в темноте и одиночестве. Моя смелость поможет мне выделиться из толпы. И будь, что будет – в любом случае, небеса на землю не рухнут.

- Но мне же ты позволяешь. – В его глазах блеснул незнакомый мне огонек, а уголков губ коснулось подобие улыбки. – Хорошо. Хочешь смерти? Да будет так, чужая.

У меня вся жизнь пронеслась перед глазами. Пусть скучная, пусть одинокая, но, тем не менее, наполненная некоторыми моментами искреннего счастья.

Я не знала своих родителей, не знала кто я, но это не мешало мне любить природу, которая была моим домом, и знать каково это – пройти босиком по свежескошенной траве, тающей под ногами.

Запах моря, который я буду чувствовать, где бы не была.

Я знала, что такое поцелуй мужчины, и что это такое, когда кто-то ставит твои интересы превыше своих.

При мыслях о Гаспаре, который не спешил ко мне на помощь, мое сердце сжалось. Он на войне. Возможно, его уже даже нет в живых, а я - глупая - осуждаю его за то, что он не решается противостоять этому дому и сумасшедшим его обитателям…

- Твоя казнь будет показательной. Для всех. Я как раз искал лишний повод для такого мероприятия. Народ должен знать, что бывает с теми, кто идет против воли Короля. – Не успела я осознать его слов, как он отпустил меня, быстро удаляясь из комнаты.

Упав на пол, я больно ударилась о паркетное покрытие современной комнаты и тихо простонала, услышав топот шагов, а затем почувствовав, как новые стражники схватили меня за плечи и заковали руки в новые оковы.

Все было как в тумане, сне или альтернативной реальности. От страха, голода и постоянного стресса я испытывала внутри такую усталость, что совершенно не понимала, что все это происходит на самом деле.

Может, это кошмар? Пожалуйста, Боже, сделай так, чтобы я проснулась.

Но нет. Меня продолжали нести, как вещь. Вот уже мы миновали роскошные коридоры, вновь приближаясь к моей камере – к сырости, крысам и грязи.

Только сидя в углу своей темной комнатушки, я начала приходить в себя, постепенно вспоминая свой разговор с сумасшедшим главарём и все события, которые произошли сегодня.

Все кланяются, когда видят Брэндана в коридорах. Все беспрекословно выполняют любой его приказ.

Его боятся, остерегаются и в тайне мечтают убить…

Я нахожусь в стране, где мне постоянно холодно, а небо, которое я видела в крошечном окошке, почти всегда затянуто серыми тучами.

Никто не смеет идти против воли Короля.

Голос этого ублюдка не покидал моей головы.

С тяжестью в сердце я осознала, что нахожусь не просто в плену и даже не в сектантской группировке. Я нахожусь в темнице у самого страшного врага всей Европы; у того, против кого уже столько лет идет ужасающая война – в плену короля.

Related chapters

Latest chapter

DMCA.com Protection Status